В середине марта платежная система Visa совместно с компанией Roubini ThoughtLab провела исследование «Города без наличных», по результатам которого Москва оказалась среди мегаполисов, находящихся еще на стадии перехода к цифровым технологиям, - Стамбул, Киев, Минск и Бухарест.
Лидерами в развитии безналичных платежей стали города Северной Европы, Канады и Австралии. К примеру, Лондон, Копенгаген, Торонто и Сидней.
Всего исследователи провели опрос в 100 городах 80 стран мира. По их мнению, увеличение объема электронных платежей может принести чистую выгоду в размере 470 млрд долларов в год. Отдельно для Москвы это значение может составить 8,5 млрд долларов.
Однако, как показал недавний опрос ВЦИОМ, только 1% россиян совершает покупки исключительно по «безналу». Большинство населения используют карточку лишь для снятия наличных. При этом банк ВТБ недавно спрогнозировал рост безналичных платежей в России до 40% в этом году, и свыше 50% к 2020 году.
Так есть ли у России перспективы создать безналичное общество — объясняем в нашем материале.
В чем выгода перехода на «безнал» для потребителей, государства и бизнеса?
По данным того же опроса ВЦИОМ, результаты которого мы приводили выше, около 80% россиян восприняли предложение правительства ограничить расчеты наличными деньгами как ущемление гражданских прав и желание властей взять под контроль личные расходы населения.
Правительства действительно очень любят электронные операции, поскольку их проще отследить. К примеру, во Франции еще в 2015 году были приняты законы, ограничивающие операции с наличными. С тех пор попытки оплатить покупку купюрами на сумму более 1 тысячи евро считаются нелегальными.
Во многих европейских странах наличные средства не пользуются популярностью, и местное население поддерживает решения властей по ограничению оборота бумажных денег. По мнению как чиновников, так и граждан, отмена наличных сильно затруднит возможности уклонения от налогов. Рынки наркоторговли и незаконной трудовой деятельности также прекратят свое существование, а монетарные политики регуляторов станут гораздо более простыми с точки зрения их практической организации.
Фактически отказ от наличных может положить конец теневой экономике, ибо как только информация о финансовых операциях фиксируется в базе данных банка, она запросто попадает в поле зрения полиции, разведслужб, налоговых органов и отделов по борьбе с мошенничеством.
Однако в отслеживании финансовых операций всего населения появляется другая угроза, о которой заявил директор по экономическому активизму Фонда электронных рубежей Рейни Рейтман:
«Отслеживание всех наших платежных операций приводит к созданию целой коллекции данных, над которыми у нас нет никакого контроля. В таких условиях несложно представить себе дерзкого адвоката по разводам или правительственного агента, пытающихся получить доступ к нашей финансовой истории, чтобы состряпать нужную им историю о том, какими людьми мы являемся».
Помимо упрощения контроля финансового потока внутри страны, у преимуществ безналичных платежей есть и другая сторона. Как посчитали исследователи Visa и Roubini ThoughtLab, при переходе на «безнал» в среднем чистая выгода для каждого из 100 городов может составить чуть больше 3% ВВП. Как пояснила генеральный директор Visa в России Екатерина Петлина, в этот показатель входит выгода потребителя, бизнеса и государства.
«Потребитель получает время, удобство, деньги и безопасность. Для бизнеса безналичные платежи выгодны с точки зрения безопасности, уменьшения трат на обслуживание оборота наличных и увеличения оборота от присутствия безналичной формы оплаты. Для государства выгода складывается из налоговых поступлений, оптимизации процессов и усиления безопасности операций», - считает Петлина.
Если рассуждать подробнее, то для потребителя выгода перехода на безналичный расчет заключается в сокращении временных затрат. В среднем потребители тратят 32 часа в год на операции с наличными платежами. По оценкам исследователей, этот показатель можно сократить до 24 часов, если увеличить использование безналичных средств оплаты. А экономия в денежном эквиваленте должна составить 126 млн долларов в год во всех 100 городах.
Выгода организаций просматривается в сокращении чистых прямых затрат, трудовых затрат (автоматизация процессов, снижающих издержки) и увеличении доходов от роста объемов продаж. А государство может сократить административные затраты и увеличить объем налоговых поступлений.
Самая безналичная страна в мире
В 2016 году расчеты банкнотами и монетами в Швеции составили всего 1% от всех платежей. По данным Риксбанка, объем наличных шведских крон в обращении упал со 106 млрд в 2009 году до 65 млрд в 2016 году. А по оценкам профессора Королевского технологического института Никласа Арвидссона, сейчас лишь около половины из них используются населением: остальные либо в банковских ячейках, либо в теневой экономике.
Мотивация шведского правительства к сокращению доли наличных денег в экономике страны заключается не только в борьбе с коррупцией, черным рынком и безопасности. Обслуживание бумажных средств — это банально затратно. Их нужно хранить и охранять, перевозить, пересчитывать, защищать от подделок, чистить и заменять, - на это уходит около 0,5-1% мирового ВВП, по оценкам издания Economist.
Кроме того, изготовление монет обычно обходится в два раза дороже их номинала. К примеру, один цент обходится Монетному двору США в 1,8 цента, а пятицентовая монета — в 9,4 цента.
Что касается непосредственно экономических проблем, то отказ от наличности помогает местным властям бороться с коррупцией и криминалом. По данным исследования Питера Сэндса из Гарварда, основным инструментом теневой экономики являются крупные номиналы банкнот. С помощью сокращения оборота крупных купюр, а теперь уже и оборота бумажных денег вообще, шведское общество «душит» местных теневых дельцов.
Также после массового перехода на безналичные платежи в Швеции значительно сократились случаи уличных ограблений, потому что почти никто не носит с собой «наличку». А карточки или смартфон легко отслеживаются, и у вора мало шансов остаться непоймагным.
К слову, шведы уже и карточками пользуются не столь активно. Более половины населения — почти 5 млн человек — пользуются мобильным приложением Swish, с помощью которого быстро переводить деньги между пользователями. Пользователь может просто ввести телефонный номер или Swish-ID получателя, указать сумму перевода и написать персональное сообщение получателю.
Создатели приложения активно работают с крупнейшими банками страны вроде Nordea, Swedbank, SEB и другими. В 2016 году ежемесячно через Swish проходило 6,4 млрд крон. Поэтому совершенно неудивительно, что во всех точках общепита Швеции размещены объявления с текстом «Мы не принимаем наличные».
«Мы хотим сократить до минимума риск ограбления. К тому же так быстрее, когда покупатель платит карточкой», - говорила в интервью BBC Виктория Нильсон, управляющая двумя из шестнадцати кафе-булочных этой стокгольмской сети.
Монетами и банкнотами уже несколько лет нельзя оплатить билет в автобусе - профсоюз добился запрета наличных ради безопасности водителей.
Также наличные отменили в некоторых туристических достопримечательностях - например, в стокгольмском Pop House Hotel и музей группы ABBA. Даже продавцы шариков в парках развлечений, разносчики газет и торговцы на блошиных рынках принимают платежи через карточки и приложение Swish.
Возможно ли создание безналичного общества в России?
Как считают в «Сколково», развитие безналичной экономики в стране вероятно к 2030 году. В своем исследовании «Безналичная экономика в России 2030: сценарии для рынка и отрасли» работники инновационного центра разработали четыре сценария развития событий:
- в первом варианте сценария предполагается централизация государственным регулятором всех элементов безналичной экономики. Централизация произошла из-за отсутствия у потребителей желания выбирать подходящие варианты на рынке частных предложений. Таким образом, фактор коммерциализации в безналичных платежах оказался не нужен, а регулятор стал обеспечивать безопасность платежей, их стандарты и субсидировать саму систему. По прогнозу исследователей, такая система заведомо убыточная и неэффективна из-за большой нагрузки на одного игрока.
- второй сценарий описывает монополию одного крупного коммерческого агента, который ранее олигополизировал ресурсы компаний поменьше и создал нечто вроде единой платежной платформы. Данные о клиентах ограниченно будут доступны регулятору (для поддержания национальной безопасности) и игрокам на рынке (для повышения качества услуг). У платежей есть коммерческий потенциал, и они используются для увеличения прибыли.
- третий сценарий представляет из себя децентрализованную рыночную модель, в которой регулятор распределяет ресурсы между множеством компаний, борющихся за потребителя. Возникший принцип выживания «изменись или умрёшь» является причиной появления всё большего числа проектов, в основе которых лежат яркие идеи, но они не могут долго удержаться на рынке и быстро меняются. По мнению исследователей, подобный вариант безналичной экономики возможен со сменой потребительского поведения и восприятия пользователями самих продуктов.
- по условиям четвертого сценария происходит децентрализация системы, к которой рынок не был подготовлен. Управление платежами переходит к мелким компаниям, которые не в состоянии договориться между собой по поводу индустриальных стандартов и не могут поддерживать систему на должном уровне. Из-за отказа от использования существующих методов безналичных платежей происходит сбой в безналичной экономике.
О возможной реализации последнего сценария беспокоится старший исследователь кафедры «Финансы, платежи и электронная коммерция» бизнес-школы «Сколково» Егор Кривошея, он же руководитель вышеприведенного исследования:
«Безналичная экономика может начать рушиться, если, например, государство не очень правильно будет внедрять технологии распределенных реестров, как, например, сейчас происходит с Венесуэлой, которая внедрила криптовалюту El Petro на публичном блокчейне. Если такие инициативы станут повсеместными, вполне вероятно, что безналичная экономика завернет куда-то не туда».
Кривошея предлагает развивать безналичную экономику, искусственно сокращая присутствие наличных денег. Поскольку сейчас в стране существует множество барьеров для моментального перехода на «безнал». К примеру, для малого и среднего бизнеса весьма затратно приобретать оборудование для обслуживания безналичных платежей.
Стоит также учитывать, что сейчас почти 60% населения расплачиваются преимущественно наличными. А среди людей пенсионного возраста более 2/3 не умеют пользоваться пластиковыми картами. Таким образом, как эмитентам «пластика», так и государственным финансовым регуляторам необходимо будет серьезно потратиться на продвижение тренда безналичных платежей и соответствующую инфраструктуру, чтобы переход произошел как можно мягче.
«Безналичная экономика — это не то же, что и мир без наличных, — напоминает Егор Кривошея. — В безналичной экономике создается равенство всех методов оплаты, а для участников рынка не существует дополнительных барьеров при выборе того или иного метода».
Тем более, судя по тому, что доля безналичных платежей в России растет довольно медленно, в сфере денежно-товарного обмена в обществе остается еще много операций, из которых довольно проблематично вырвать с корнем «живые» деньги.
По прогнозу руководителя управления анализа валютных рисков Dukascopy Bank SA Евгения Абрамовича, в России доля наличных платежей в розничном товарообороте может снизиться до 30% только через пять лет, хотя и это слишком оптимистичный сценарий.
Отзыв о сайте